Итак, где-то в середине недели днем, по словам Бондаренко, она возвращалась домой (живет с семьей она в Донецке). Около ее подъезда на лавочке расположилось 5-6 мужчин в возрасте 30-40 лет. Сначала они живо о чем-то разговаривали, а, увидев приближающуюся молодую и красивую женщину, притихли. «Проходя мимо них, я почувствовала, что они стали меня осматривать с ног до головы. В результате – под их не совсем скромными взглядами я споткнулась и вывихнула ногу. Причем была не в туфлях, а в обычных босоножках. Стало, конечно, больно, да и потом нога болела, я еле дошла домой, но так как такое со мной приключалось не в первый раз, то я и не придала всему этому значение». Елена позвонила мужу Андрею, сообщить о случившемся. Он и настоял, чтобы жена срочно обратилась в больницу. «Рентген показал, что у меня перелом кости стопы. Наложили гипс. Теперь буду ходить на костылях 5 недель».

Несмотря на «поломку», депутат все же решила приехать в Киев и прийти в парламент. «Моя дочь Полина решила меня поддержать. Она перед моим уходом на работу написала фломастерами на гипсе – «Я тебя люблю», «Это временно», «Самые красивые ноги у мамы», и разукрасила его всякими звездочками и солнышками».

Коллеги встретили Елену весело, постоянно подбадривали шутками и стали сразу выдумывать ей прозвища. «Ярослав Сухой рассмеялся и сказал с напускным негодованием: «У, клятые бютовцы, бьют наших. За что покалечили такую гарную дивчину?» Остальные стали меня в шутку подгонять: «Леночка, поторопись, ты опаздываешь, теплоход «Михаил Светлов» скоро отправится в путь, ты не успеешь». Просили меня произнести фразу: «Шьорт побьери!». Потом вообще стали выдумывать прозвища – «Гипсовые ножки Партии Регионов» и «Венера в гипсе».