Барак Обама не хочет, чтобы мир стал многополярным, полагает обозреватель The Financial Times Заки Лаиди. Вопреки распространенному мнению, многополярность сейчас крайне несовершенна, и Америка препятствует ее развитию своими дипломатическими усилиями, говорится в статье.

На данный момент мощь государства понимается как его материальное богатство, стратегический потенциал и, как выражается автор, "инстинкт власти" - готовность участвовать в глобальной политике путем идей, ресурсов или привлекательного имиджа.

До экономической многополярности миру далеко: на данный момент есть 4 крупных экономических центра: США, ЕС, Китай и Япония. ВВП России составляет всего 1% мирового, а ВВП США - целых 22%. В стратегическом плане дисбаланс еще ярче: существует всего одна военная сверхдержава, которая намного превосходит другие (США). На роль мировых держав претендуют разве что Китай и Россия, но у последней возможности не соответствуют желаниям. ЕС словно бы перепоручил свою оборону Америке, считает автор. "Инстинкт власти" есть у многих стран, но его необходимо подкрепить обаянием и другими чертами. "Россия непривлекательна чуть ли не для всех государств, кроме тех, которые в ссоре с Западом", - утверждает автор.

У Вашингтона нет резонов соглашаться на мультиполярность, пока он имеет значительные преимущества во всех трех вышеперечисленных аспектах. Правда, США понимают, что больше не могут властвовать в мире по своему капризу, а потому стремятся выбирать для себя привилегированных партнеров в международной политике. Администрация Обамы старается не допустить укрепления ни коалиций, которые могли бы ставить ей условия в конкретных сферах, ни одиночных претендентов на господство, заключает автор.