Вот спрятал же Виктор Федорович Людмилу Александровну – и хоть по одному поводу спокоен… А Юрий Витальевич и Юлия Владимировна – уж их-то «вторые половинки» такого умудрились наговорить, что хоть святых вон выноси…

…Напомним, первой отличилась Ирина Луценко, с потрохами сдавшая и своего мужа, и Виктора Ющенко, и Виктора Балогу. К сожалению, бдительная Генпрокуратура, обращающая внимание даже на то, сколько шуб купила Юля 16 лет назад, в данном случае и глазом не моргнула. Ющенко ей все еще нужен как тупой ударный инструмент по вколачиванию гвоздей в крышку тимошенковского гроба, а Балога – тот вообще министр.

Вообще не понятно, за что получают в БЮТ деньги всякие олеги медведевы и прочие мастера политтехнологий. То ли даром хлеб едят, то ли действительно у «бело-сердечных» запасы иссякли и консультанты уныло работают на общественных началах, спустя рукава. Ведь любому ясно, что подпускать мужа Тимошенко к микрофону и диктофону нельзя было ни под каким предлогом. Ну он и наговорил.

Вот лишь некоторые, особо яркие моменты с нашими скромными примечаниями (ну не смогли мы удержаться, не смогли):

«Из некомфортного: там (в камере СИЗО – ред.) нет горячей воды. Чтобы помыться, все греют воду в тазике или в ведре».
В данный момент горячей воды нет в некоторых районах столицы. Что уж говорить о провинции.

«Я знал начальника СИЗО. Да его все депутаты знают…».
Что поделать, действительно полезное знакомство.

«Как правило, пятница – это всегда дежурный день у Генпрокуратуры. Это самый удобный день для задержания… Потому что впереди суббота и воскресенье, невозможно никому дозвониться, сказать, что арестовали; невозможно подключить ни родственников, ни адвокатов».
То, что Тимошенко хронически не везет с соратниками и адвокатами – известно давно. Теперь выясняется, что и родственники из-за какого-то ареста портить себе выходные не собираются.

«У нас рядом с домом есть луг. И там круг, я как-то просчитал, примерно 1950 метров».
По сравнению с «Межигорьем» это, конечно, не дом, а так – дачка на 4 сотки.

«Так вот, когда у неё нет времени, она пробегает три круга. Это около шести километров. А когда есть время, по выходным, то четыре-пять кругов – чётко! Ну, охрана с ней же тоже бегает. И собака. Собака, кстати, не выдерживает».
Охрану, понятное дело, никто не спрашивает.

«Я могу помогать, прийти на помощь в любой момент: участвовать в мероприятиях, давать советы, ездить, что-то ещё... Но она старалась меня в это не вовлекать».
Давать советы, ездить и делать «что-то еще» – это очень ценные умения. Очевидно, Юлия Владимировна бережет их на самый крайний случай.

«Но это ведь только часть претензии, которую можно выразить в каких-то там деньгах, да?».
«Каких-то там» – 200 миллионов долларов.

«Да. И, кстати, вот тогда дома был кошмар. Я помню, как она мне вот так вот сидела и говорила: «Саша, я не знаю, что делать».
Не знаешь, что делать – ходи с бубей! Вот только украинцам она тогда почему-то рассказывала, что прекрасно знает, что делает. И еще долго не хотела уходить в отставку.

«Она для всех готова стать мамой … Сейчас Президент у нас папа».
Вот так и живем все время в неполноценной семье.

Я просто пообщался, полетал с одним депутатом. И был в шоке! У них бесплатные поездки по всей Украине, бесплатные переезды, что-то ещё... У них всё бесплатно! Лечись, учись, летай – чего хочешь, то и делай … Если уж совсем честно, то я сам её два раза просил. Причем просил серьёзно. Это было недавно. Я пришел к ней и говорю: «Юлечка, посмотри сама: сколько нас уже тут прессуют, сколько уже мы натерпелись! Ну давай я уже пойду в депутаты...».
Без комментариев.

«И я ведь просил не потому что, мне надо что-то прикрывать – свои какие-то дела или бизнес. Нет. Я просто буду полезен. Я буду работать. Это однозначно!».
Ну, мы помним – участвовать в мероприятиях, давать советы, ездить и что-то ещё.

«В 2001 году, когда я вышел из тюрьмы, я попытался построить свой собственный бизнес».
А что еще для этого надо, кроме как выйти из тюрьмы?

«Вы знаете, я уже не помню, какое несчетное количество раз я ей говорил: «Юлечка, но вот мы прожили тут уже больше 50 лет. Ну, может, хоть немножко для себя и для семьи поживём?».
Как, еще немножко?!

«Ответ всегда был один и тот же: «Если вы хотите где-то жить, уезжайте».
А что делать тем, кому некуда?

…И уж совсем лишним для Александра Тимошенко было показывать на весь мир список книг, которые попросила передать в СИЗО Юлия Владимировна. Вот этот «шедевр», при виде которого филологи вешаются, а просто грамотные люди ревут навзрыд: