Президентская кампания в России уже позади. Страсти вроде бы улеглись, но существующие проблемы остались. И просто так они никуда не денутся. Это касается и хронической напряженности в российском стратегическом диалоге с США, и нестабильности на Ближнем и Среднем Востоке — теперь уже всерьез и надолго, и клубка нерешенных вопросов в украинско-российских отношениях.

В начале 2012 года состояние отношений между Россией и Украиной наглядно иллюстрировали "дружеский" диалог "Газпрома" и "Юлии Тимошенко, их действующие нормативы в точности известны лишь правовым департаментам хозяйствующих субъектов.

Смысл нынешних разногласий сводится к следующему:

– украинская сторона намерена существенно снизить (и по факту снизила) объемы поставок газа для внутреннего потребления. Разумеется, зафиксированные в 2009 году 52 млрд. куб. м газа по завышенным ценам и без права редефолт, угрожавший деградацией и распродажей украинской экономики по остаточному принципу. Но продолжающийся рост цен на нефть возобновил эту тенденцию. Без учета скидки в 100 долл. цена на газ для Украины существенно выше среднеевропейской. В таких условиях говорить о восстановлении конкурентоспособности украинской экономики бессмысленно. Именно поэтому контракты 2009 года сравнивают с известными из учебников неравноправными колониальными соглашениями. Возможным выходом могло бы стать создание газотранспортного консорциума, обеспечивающего стабильность и надежность европейского транзита. Однако обсуждение соответствующих проектов в конце прошлого года было прекращено по непосредственному указанию Путина, позиция которого мотивировалась не только предвыборными соображениями.

В поисках выхода из сложившейся ситуации Киев апробирует самые различные варианты — от стимулирования энергосбережения и использования угля до перспективных поставок азербайджанского газа. Тем не менее рациональный выход все же должен быть найден.

Многие склонны объяснять специфику проблем Украины игрой интересов и неясностью перспектив в отношениях между Брюсселем и Москвой.

В российской энергетической стратегии заметен акцент на создание европейских региональных центров распределения российского газа. Проекты морских газопроводов — попытка создания таких центров в Германии и Италии. Как видим, эта схема реализована лишь частично. Кризис в Италии, отставка Сильвио Берлускони и планы экспорта сжиженного газа из США могут существенно изменить ситуацию. На этом фоне проект украинского консорциума выглядит вполне уместным и разумным. Но лишь при соблюдении приоритета экономических соображений над политическими факторами. Впрочем, попытки Киева развивать одновременный диалог с Брюсселем и Москвой буксуют именно по причине острых разногласий между Россией и ЕС как основными субъектами. У Киева нет достаточных средств и возможностей, позволяющих начать собственную геополитическую игру. Однако, как можно предположить, позиционирование Украины по всем приоритетным проблемам будет иметь хотя и вынужденный, но упорный и последовательный характер с использованием всех доступных средств.

В политической концепции Путина украинское направление артикулировано крайне слабо. В 2008 году еще при