Поразительно, но все ведут себя так, будто кризис евро позади, недоумевает финансовый аналитик Майкл Сиви. Даже доходность долгосрочных бумаг (индикаторы доверия инвесторов) за последние недели снизилась: 10-летние испанские бюджета уже в следующем году. Это означает, что бюджетные поступления будут больше, чем расходы без учета процентных выплат. Другими словами, правительства были бы в отличной финансовой форме благодаря политике затягивания поясов, если бы не бремя накопленных в прошлые годы долгов. В США первичный дефицит (без учета расходов по обслуживанию долга) составляет целых 6% ВВП, что выше, чем у любой из стран Европы. Если выплачивать долги при сохранении профицита, европейским должникам придется еще долго проводить жесткий курс экономии.
Вторая проблема заключается в том, что за последние 10 лет после введения евро в блоке наметились серьезные расхождения в уровне трудовых издержек (после корректировки на разницу в производительности труда). Их превышение в странах периферии по сравнению с Германией достигает 20%. Во-первых, в последние годы правительства на периферии допускали быстрое увеличение пенсий и пособий, с другой стороны, рост производительности отставал. Можно придумать три решения. Либо все выходят из евро и затем вновь объединяются в блок с новыми обменными курсами, выравнивающими издержки. Либо в странах с высокой себестоимостью производства все соглашаются на 20-процентное сокращение зарплаты. Либо нужен рост производительности, стимулируемый массированной волной инвестиций. Все эти варианты не очень вероятны.
Реальнее, если все страны с завышенной планкой издержек сделают свой выбор между выходом из евро и многолетним режимом экономии, который постепенно сотрет избыточную надбавку к стоимости труда.
Третья проблема в том, что постоянная экономия не только неприемлема, но и неэффективна. Периодические вспышки протестов с разбитыми витринами — это еще не все. Сегодняшние демонстрации в Европе против затягивания поясов — это разрушение самого по себе социального "полотна", считает Сиви. Хуже того — мало шансов таким образом в разумные сроки решить финансовые проблемы Европы. А если экономия доведет до
